Тема 1. Продолжение. Для семинара. Источники идей виктимологии

 

1.3. Источники идей виктимологии

Идея о роли жертвы в механизме совершения  преступления не нова, она получила свое выражение в многочисленных юридических и литературных памятниках, в устном народном творчестве, фольклоре глубокой старины. Немаловажное значение в становлении виктимологии имела судебная практика, а также деятельность страховых обществ, стимулировавшие более интенсивное изучение личности потерпевших как от преступлений, так и от несчастных случаев. Влияние художественной литературы на формирование основных идей в современной виктимологии отмечается рядом специалистов (А. Фаттах, Р. Гассер, Л. В. Франк.). Не будет преувеличением сказать, что вся мировая многовековая литература  от Гомера до ультрасовременных авторов, от Библии, Корана и греческой мифологии до современных киносценариев буквально пронизаны виктимологической тематикой. Особое место среди литературных источников занимает греческая мифология. Так, например, на основе трагедии Софокла «Царь Эдип» в психологической науке, а от нее и виктимологии возникли такие понятия как «комплекс Эдипа», «Эдипова вина». Библейское предание об убийстве Каином брата Авеля породило термин «синдром Авеля». Значительный интерес представляет миф об Оресте. Напомним его вкратце.

Царь Агамемнон после девятилетней осады Трои с победой возвращается домой. Вместе с народом героя войны встречает и его жена Клитемнестра. Однако ее не радует возвращение мужа. Пока Агамемнон воевал,, его жена предавалась любовным ласкам с ничтожным Эгисфом, а теперь она замыслила убить мужа и в день его возвращения исполняет свой коварный замысел. Прошло много лет, и сын Агамемнона и Клитемнестры- Орест с благословения бога Аполлона и с помощью сестры Электры убивает Эгисфа и свою мать. Так сын отомстил за отца. Но богини мести Эринии всюду преследуют убийцу и не дают ему покоя. Тогда Орест приходит к богине Афине-Палладе и просит, чтобы она судила его за убийство. Для решения дела Ореста Афина избирает из афинских старейшин суд – ареопаг. На этом суде в защиту Ореста выступает не только сам Аполлон, благословивший его на акт возмездия, но и сама Афина. Суд оправдывает Ореста, его убийство признается «справедливым»

Истоки виктимологических идей отчетливо просматриваются в литературных произведениях эпохи Просвещения. Среди писателей обративших внимание читательской общественности на  проблему потерпевшего от преступления, в первую очередь следует назвать Даниэля Дефо. Его перу  принадлежат такие выдающиеся произведения как «Моль Флендерс», «Капитан Синглетон», «Полковник Джек», «Леди Роксана». Дефо, описывая жизнь и похождения нищих, бродяг, воров, грабителей, убийц, пиратов, проституток и других «героев» преступного мира, выступает, прежде всего, как социолог преступности.  Исследуя социальные явления, порождающие преступность, он пытается вскрыть ее причины, в том числе и касающиеся жертвы преступления.

Наибольший интерес  представляет роман «Моль Флендерс» – человеческая исповедь, образец ценнейшей формы  информации для виктимологических исследований. Героиня романа - преступница, рецидивистка в  равной степени представлена как жертва человеческих подлостей и общества в целом. Четко изображена и «виктимологическая»  сторона техники совершения преступления: уязвимость самой жертвы, неспособность потерпевшего оказать реальное сопротивление в силу ненадлежащего поведения. И, наконец, что самое  важное  для виктимологической тематики, изображен процесс виктимизации героини романа, то есть процесс ее превращения в жертву обмана обольстителя и собственного легкомыслия. Это  стало первой ступенью  к последующей «карьере» профессиональной  проститутки и воровки.

Ряд других авторов: Франц Верфель, Томас Кинсей, Леонгард Франк исследуют в своих произведениях роль жертвы в механизме совершения убийства.

Тема «преступник – жертва» занимает  немалое место и в трудах классиков русской литературы. Несомненный интерес с  точки зрения познания структуры личности потерпевшего, его влияния на возникновение и развитие конфликтной ситуации  представляет роман Ф.М. Достоевского – «Братья Карамазовы». Полная мотивация выбора преступником своей жертвы дана в романе «Преступление и наказание», и выбор этот определен личностью жертвы, ведь эта старушка «ничтожная, злая, больная, никому не нужная». Через много лет Гентиг  в своей классификации отнесет такую жертву к  числу «бесполезных». Вторая  жертва Раскольникова – Лизавета - случайная жертва, жертва рокового стечения обстоятельств.

Немало ценных наблюдений о структуре  личности потерпевшего и побудительных мотивах поведения жертвы не только правонарушений, но  и скверных обстоятельств жизни, неустроенного быта, мерзости провинциализма и мещанства,  уродующих человека  можно найти в произведениях А.П.Чехова – замечательного  русского писателя, тонкого психолога  и социолога своего  времени («Драма на охоте», «Убийство» и т. д).

Фигура потерпевшего занимает немалое место уже в обычном праве. Древний  обычай кровной мести, самозащита, принцип талиона - адекватное возмещение вреда причиненного пострадавшему в некоторой степени отражают и защищают интересы жертвы преступления. Так, в Законах 12  таблиц  говорится: «Если кто причинит членовредительство и не помирится (с потерпевшим), то  пусть и ему самому будет причинено то же самое».  Весьма поучительно решает вопрос о виновности участников драки римский  юрист Алфен, руководствуясь следующим правилом: «Виновен тот, кто первый нанес удар». Указания на фигуру потерпевшего, оценка его поведения встречается также  и в древнерусских памятниках права (Судебник 1550 г., Уложение 1649  г.)

Основатель  классической школы Ч. Беккариа в определенной степени пытался представить отношения преступник –  жертва. Анализируя такие преступления как  детоубийства, он утверждает, что женщина сама является жертвой своей слабости или насилия. Перед ней  становится выбор: позор или смерть существа,  не способного чувствовать свое  несчастье. Его современник и сторонник концепции классической школы Иеремия Бентам предлагал ввести для жертв преступлений компенсацию ущерба с тем, чтобы еще больше устрашить и наказать преступ­ника.

Позднее эту идею поддержал и видный представитель по­зитивистской школы Рафаэль Гарофало, рассматривающий ком­пенсацию ущерба жертвам как средство усиления социальной за­щиты населения и одновременно как одно из средств ресоциализации преступников. В целом же антропологическая школа права, в частности, ее самый  яркий представитель Чезаре Ломброзо (1836-1909) полностью отрицала правовые институты уголовного права, юридический характер преступлений и  все внимание  сосредоточила на личности преступника, выделив при этом «прирожденного преступника» в качестве его основного типа.

Независимо от разно­гласий по поводу причин преступности и природы преступного поведения предста­вители обеих школ уголовного права рассматривали такие категории, как «преступник» и «жертва» в качестве статичных, а сами эти понятия для них пре­вратились в стереотипы; причем такие воззрения сохранялись еще очень долго.

В то же время нельзя отрицать влияние антропологической школы на формирование основных понятий и категорий виктимологии. Особый интерес в этом плане представляет концепция латентной, особенно прирожденной жертвы, обоснованная Г. Гентигом и развитая другими авторами.

Под латентной жертвой Г. Гентиг понимает лицо, которое бессознательно предрасположено к тому, чтобы стать жертвой, обладает притягательной силой для преступника. По его утверждению «часто жертвы рождаются таковыми». Элленбергер, классифицируя  виктимогенные предрасположения на специальные и общие, отмечает, что общие предрасположения это и есть «прирожденная жертва». К этой группе, по его мнению, относятся лица, имеющие склонность к мазохизму и самонаказанию, лица, для психологии которых характерен некоторый фатализм, отсутствие интереса к жизни (сплин). Сюда же относятся и лица, которые имеют большие возможности и ощущают смутное чувство вины, что ведет к ослаблению защиты из-за недостатка самоутверждения (синдром Авеля).

Таким образом, понятие латентной прирожденной жертвы исходит из  позитивистских и биопсихологических теорий причин преступности.

Между тем, отнюдь не врожденные качества, а социальные свойства делают человека предрасположенным к тому, чтобы стать жертвой преступления. Не существуют лица, группы людей, фатально обреченные на роль жертвы преступления.

В методологическом плане этот вопрос связан с проблемой о соотношении детерминизма и свободы воли, поведения субъекта. Объективная детерминированность  поведения человека как социального существа вообще (в том числе и виктимного) – это положение, которое считается общепризнанным. Но, в конкретном случае, при внешне неблагоприятной ситуации, чреватой причинением вреда каждый сознательный человек, независимо от степени его виктимности, располагает свободой выбора конкретного варианта поведения, разумеется при адекватной оценки криминальной энергии преступника. Если потенциальная жертва в виктимогенной обстановке не поддается виктимизации, не определяет себя как жертву, а остается личностью и доказывает  преступнику, что является субъектом а не объектом в данной ситуации, то нередко ей удается избежать виктимизации.

Следовательно, латентная жертва – это всего лишь степень относительной способности стать жертвой преступления.

Несомненное влияние на формирование различных концепций виктимологической теории оказали и другие факторы. В первую очередь судебная практика, запечатленная на протяжении веков  в различных хрониках, судебных  отчетах,  речах  знаменитых судебных ораторов, мемуарах. Другим важным источником виктимологических идей являлись исследования в области страхования, для которых особое значение приобретает проблема вины потерпевшего в постигшем его несчастье.

1.3. Криминальная виктимология как научное направление

На роль жертвы обратили внимание  в своих сочинениях некоторые юристы, криминологи, психологи только в 19-начале 20 века. Особо следует отметить первооткрыва­телей виктимологической темы А. Фейербаха с его книгой «Документальное изложение знаменитых преступлений» и Ф.Т. Джала – автора исследования «Убийство и его моти­вы». Оба автора наряду с криминальной проблематикой обращаются и к жертве, являющейся, с моральной точки зрения, частично (наряду с преступником) ответственной за убийство.

В качестве научного  направления  виктимология начала оформляться только к концу 40-х началу 50-х  годов. Главным образом этому способствовали  работы общетеоретического характера, в которых обосновывалась  необходимость разностороннего,  систематического,  комплексного  изучения жертвы  вообще, безотносительно  к какому   либо  преступлению. 

Создание виктимологии связывается с именами трех известных ученых: Г.Гентига (1888–1974) и Б. Мендельсона (1900–1998), Ф.Вертхама (.

Особо следует  отметить труды немецкого криминолога Г. Гентига. Еще в 1941 г. В своей статье «Замечания по  интеракции между преступником и жертвой»,  он указывал на динамическую концепцию в возникновении преступности  в противовес классикам 18 в. и  позитивистам 19 в., которые рассматривали такие составляющие  преступления   как «преступник»  и «жертва», как механические статичные понятия. Жертва по Гентигу не должна более рассматриваться как  пассивный объект, ибо она – активный субъект  процесса криминализации. Жертва (пострадавший) учавствует в инициировании и осуществлении деликта.

В 1947  г.   в  городе Бухаресте на конференции психиатров  Б. Мендельсоном был  прочитан доклад о  новой отрасли биопсихо-социологических  наук –  виктимологии. Поставив вопрос о необходимости создания виктимологии как самостоятельной научной дисциплины, Б.Мендельсон считал одной из ее центральных проблем оценку «вклада» жертвы в юридически значимые конфликтные ситуации, ее взаимоотношения с преступником и ее роль в механизме преступления. В своем докладе «Новая отрасль биопсихосоциальной науки – виктимология» Мендельсон изложены основополагающие положения и категории виктимологии:

а) понятие «жертва» и классификацияжертв преступлений: совершенно невиновная («идеальная») жертва; жертва с легкой виной; жертва, равно виновная с посягателем; жертва более виновная, чем посягатель; исключительно виновная жертва;

б) понятие «уголовная чета» (дисгармоничное единство носителя агрессии и жертвы и, наоборот, гармоничное единство, как, например, бывает при криминальном аборте со смертельным исходом), «кандидат в жертвы», «добровольная жертва», «жертва-провокатор», «жертва-агрессор», «индекс жертвенности» и др..

Разработки Мендельсона вызвали широкий отклик среди криминологов, несмотря на целый ряд высказанных в его адрес критических замечаний. Стоит отметить, что основоположник продолжал активную творческую деятельность, внеся в итоге самый весомый вклад в развитие виктимологии. Уже в 1975 г. Б. Мендельсон опубликовал монографию «Общая виктимология», в которой развил свою концепцию виктимологии, связав ее с созданием «клинической» или «практической» виктимологии, в орбиту которой должны быть включены не только жертвы преступлений, но и жертвы природных катаклизмов, геноцида, этнических конфликтов и войн.

Основополагающей  для виктимологии стала работа   «Преступник и  его жертва», изданная в 1948 году. Здесь Гентиг приводит интересный материал, характеризующий различные ситуации,  связанные с личностью и поведением потерпевшего, дает типологию жертв, разрабатывает вопросы об отношениях, связях между жертвой и преступником, выявляет их значение в генезисе  совершения преступления.

В 1956 г. Г.Гентиг опубликовал свой шеститомный труд «Пре­ступление». Последний том этого труда –  «Жертва как элемент окружающего мира» –  стал настольной книгой всех виктимологов, подлинной энциклопедией виктимологического учения, ока­завшей огромное влияние на дальнейшее развитие не только виктимологии, но и криминологии в целом.

Некоторые   из  его положений были дополнены  и развиты на психологическом уровне в работах Г.  Элленбергера. В виктимологическом плане представляют интерес его выводы о социальной изоляции, как наиболее действительном факторе виктимизации, так как она развивает у изолированного человека «обман зрения» в отношениях  с другими людьми и ведет к необдуманным  действиям. Он также более детально анализирует понятия «преступник-жертва», разные слу­чаи, когда субъект может стать в зависимости от ситуации преступником или жертвой, последовательно –  преступни­ком, потом жертвой (и наоборот), одновременно –  пре­ступником и жертвой.

В 1949 г. американским психиатром  Ф.  Вертхамом  опубликована книга  «The Show of  violence»  («Картина насилия»),  в которой он, обосновывая необходимость виктимологии,  писал: «Жертва убийства – забытый человек. За сенсационным  обсуждением анормальной психологии убийцы мы забываем отметить отсутствие защиты со стороны  жертвы.  Нельзя понять психологию жертвы, не понимая социологии жертвы. Нам необходима наука виктимология».

Ф. Вертхам рассматривает виктимологию как самостоятельную дисциплину, как науку, параллельную криминологии и занимающуюся исключительно жертвами преступлений или несчастных случаев. В соответствии с этим задача виктимологии – разработать систему предупредительных мер, направленных на снижение потенциальной возможности становиться жертвой преступления, чему соответствовал бы особый метод "прогнозирования жертвы".

Важный вклад в развитие виктимологии внесли труды исследо­вателей западных стран Г.Й. Шнайдера («Виктимология», «Жерт­ва и преступник –партнеры в преступлении»), В.Х Нагеля («О ме­сте виктимологии в криминологии», «Начало виктимологии»), С. Шафера («Жертва и ее преступник»), К. Миядзавы («Основные проблемы виктимологии»)².

В 60-е и отчасти 70-е годы приоритет в исследованиях явно отдавался прикладным аспектам виктимологии. Их теоретическое обоснование было связано с разработкой алгоритмов оптимального поведения в криминогенных ситуациях; изучением путей повышения уровня защищенности должностных лиц, чьи служебные функции сопряжены с риском подвергнуться преступному посягательству; сведение к минимуму виктимогенных ситуаций, предотвращение и пресечение их; защита и "реабилитация потерпевших от преступлений".

Сегодня виктимологические исследования прово­дятся в Бельгии, Голландии, Швеции, Финляндии, Японии. Определенное развитие виктимоло­гия также получила в Болгарии, Чехословакии, Польше, Венгрии. С особой актуальностью ставятся вопросы возмещения вреда потерпевшему и проблемы виктимизации населения.

На 1-м международном симпозиуме в 1973 году в г. Иерусалиме анализировались сами исходные категории «виктимология», «жертва преступления», «отношения между преступником и его жертвой».

Международный семинар, проведенный в 1975 году профессором Эмилио Вьяно в Италии (Беладжо), посвящался методике исследования и положению потерпевшего в системе уголовного судопроизводства и вопросам обращения с ним.

В 1976 году проходил 2-й Международный симпозиум в г. Бостоне, который рассматривал проблемы сравнительного виктимологического исследования и роли потенциальной жертвы в профилактике преступлений.

В 1979 г. в г. Мюнстере было учреждено Всемирное общество виктимологов (ВОВ – The World Society of Victimology). Начиная именно с 1979  года, ВОВ организовывает Международные конференции по виктимологии каждые три года, уже проведено 14  международных симпозиумов. Основными миссиями ВОВ являются:

·               содействие проведению научных исследований в области виктимологии, проблем и нужд жертв;

·               оказание услуг тем организациям, которые предлагают разнообразные услуги для пострадавших и жертв;

·               обеспечение профессионального образования и переподготовки. ВОВ организовывает международные курсы по виктимологии и оказанию помощи жертвам;

·               содействие продвижению пропагандисткой деятельности и прав человека.

В 1979 году проходил 3-й Международный симпозиум (ФРГ, г. Мюнстер), который обратил внимание на проблемы опроса потерпевших, обращения с потерпевшими в системе уголовной юстиции, преследования ведьм в качестве жертв, проблемам возникновения страха перед преступностью.

В 1982 г. Токио (Япония) в 1982 г. Коити Миядзава организовал 4-й Международный симпозиум. На нем рассматривались проблемы соотношения прав обвиняемого и потерпевшего на суде, распространения уголовно-правовой защиты не только на потерпевших, но и нуждающихся в такой защите и достойных ее и др.

На 5-м Международном симпозиуме по виктимологии (г. Загреб, 1985 г.) обсуждались проблемы общей виктимизации, в том числе иностранцев и туристов. Кроме того, на этом форуме рассматривались и вопросы правового статуса потерпевших в уголовном праве и судопроизводстве.

 Во многих странах возникли объединения в поддержку жертв преступлений (например, в ФРГ – «Белое кольцо»).

В 1990 г начал свою постоянную деятельность Европейский форум помощи жертвам преступлений, в состав которого Россия еще не входит. Ежегодно Форум проводит свои конференции, на которых разрабатываются важнейшие документы в этой сфере, направляемые в правительства соответствующих стран и Совет Европы. В частности, в 1997 г. на конференции Еврофорума в Будапеште получил одобрение такой важный документ, как «The Social Rights of Victims of Crime». В руководящих принципах этого документа отмечается:

- демократическое общество обязано облегчить негативное влияние преступности на жизнь людей, в том числе отрицательные последствия виктимизации для всех сторон их жизни;

- жертвы преступлений должны получать необходимую помощь и поддержку, свидетельствующую об осознании масштаба и сложности их проблем;

- все жертвы преступлений имеют право на конфиденциальность, физическую безопасность и психологическую поддержку.

С 22 февраля 1990 г. в Европе ежегодно отмечается Международный день поддержки жертв преступлений.

В нашей стране углубленная разработка проблем виктимологии началась после шестидесятых  годов.  Интерес к этой проблеме был целью  всестороннего познания виктимных ситуаций, что отвечает внутренней логике криминологической науки и требованию комплексности мер борьбы с преступностью.

Несомненный приоритет в разработке виктимологической проблематики принадлежит Л.В.Франку; его оригинальные труды содержат подробный анализ исторических и научных истоков виктимологии, системный подход к ее методологическим и концептуальным положениям, понятийному аппарату, предмету и месту виктимологии в системе наук криминального цикла, методам виктимологических исследований. В этих трудах через призму виктимологических идей препарированы наиболее актуальные вопросы уголовного права, уголовного процесса, криминалистики, организации профилактической деятельности правоохранительных органов.

Получили широкий резонанс виктимологические исследования в Таджикистане Л.В. Франка и его учеников: В.П. Коновалова, Н.М. Петровой, С.Б. Соболевой и др. Большое научное значение имели разработки категориального аппарата и методологического инструментария виктимологии, изучение проблем организации виктимологической профилактики преступности, развернутый анализ криминалистических аспектов практического применения информации виктимологической направленности.

В 70-80-е гг. начинают складываться основные российские научные виктимологические школы. В ленинградской школе профессора Д.В. Ривмана, (В.В. Вандышев, Д.В. Ривман, Д.А. Шестаков и др.) активно изучались: вопросы виктимологической характеристики различных видов преступлений и их профилактики, направления учета виктимологического фактора в правоприменительной практике, большое влияние на развитие отечественной криминологии оказали фундаментальные виктимологические исследования личности и социальной среды, виктимологических факторов и ситуации преступления, которые именно в это время увидели свет.

Со второй половины 70-х гг. активно развивалось научное сообщество виктимологов в г. Иркутске, во многом благодаря усилиям профессора В.Я. Рыбальской, а также В.С. Минской и Г.И. Чечеля. В их работах освещался широкий спектр дискуссионных вопросов теоретико-методологического направления, содержались оригинальные виктимологические разработки по вопросам предупреждения отдельных видов преступлений, приводились новые эмпирические данные сравнительных виктимологических исследований телесных повреждений, краж, сельской виктимизации, анализ места и роли виктимологической профилактики в уголовной политике, рассматривались некоторые уголовно-правовые аспекты  виктимологической проблематики («вина потерпевшего») и др.

В последние годы и учеными-криминологами, и правоохранителями-практиками все отчетливее осознается потенциал виктимологических исследований в проведении мероприятий общесоциального и специально-криминологического предупреждения преступности. Одним из первых систематически исследовал этот вопрос В.И. Полубинский в монографии «Виктимологические   аспекты профилактики преступлений» (М., 1980). 

С 1997 г. в Нижнем Новгороде действует Виктимологическая  ассоциация, которую возглавлял известный ученый-юрист В.С. Устинов. Ассоциация выдвигает перед собой комплекс теоретических и практических задач: изучение актуальных проблем виктимологии, проведение научных семинаров и конференций, пропаганда виктимологических знаний среди населения (включая и индивидуальное консультирование), издание научных и научно-популярных работ. Регулярно выходит Вестник виктимологической ассоциации, в котором освещаются вопросы теоретического обоснования выра­ботки виктимологической составляющей профилактики преступно­сти, анализируются важнейшие категории виктимологин и крими­нологии, обсуждаются вопросы государственной помощи жертвам преступников, проводятся социологические исследования уровня виктимизации населения.

В учебниках  по Криминологии - Виктимология начала получать признание в виде выделения отдельных параграфов. Так, в учебнике под редакцией А. И. Долговой имеются два виктимологических параграфа. Первый – в главе «Предупреждение преступности» под названием «Основы виктимологической профилактики», в нем излагаются основные понятия виктимологии, второй – в главе «Социологическое направление криминологии» под названием «Виктимологическое направление изучения причин преступности».

На наш взгляд, было бы правильным выделить виктимологические проблемы в отдельную главу в учебниках, хотя это и не решает проблемы изучения виктимологии в целом. Значение виктимологии очевидно. Виктимология заслуживает преподавания в качестве специального курса.

---